Минувшее воскресенье в рамках городского проекта «Лето в Москве» набережная Борисовских прудов (ул. Борисовские пруды, напротив д. 44) официально вышла за пределы своего рекреационного назначения. Структурное подразделение ДК «Нагатино» ГБУ г. Москвы ОКЦ ЮАО — Театр «МиРа» — представил здесь цикл из трех театрализованных концертов.
И если фестиваль «Театральный бульвар» берет столичного зрителя масштабом и имперским лоском центральных площадок, то театр под руководством Алевтины Чубриковой предложил иную оптику: камерную, нервную и бескомпромиссно интеллигентную. Стоит зафиксировать: по уровню режиссерской осмысленности и актерского бесстрашия эта локальная программа ничем не уступает многомесячному марафону главных городских подмостков.
Этюд первый. «Любовь сильнее времени»: партитура памяти Открывающий вечер рисковал раствориться в пасторальной благости пейзажа, однако труппа выстроила жесткий каркас действия. Это была работа с воздухом как с главным сценографическим элементом. В центре композиции — Надежда Подуздикова, актриса редкого сегодня дарования: она владеет искусством смыслового посыла без форсирования звука. Ее вокал лишен эстрадной агрессии; это почти речевая декламация, положенная на музыку.
В мизансценическом рисунке читалась четкая сверхзадача: вернуть зрителю право на рефлексию посреди летнего праздника. Здесь нет места надрыву, есть только тихая констатация факта — любовь действительно оказывается тем единственным контрапунктом, который способен выдержать давление времени. Артисты создали ту самую четвертую стену из чистого кислорода, которую публике отчаянно хотелось сохранить нетронутой.
Этюд второй. «Мелодии нашего двора»: саундтрек к утраченному раю
Вторая часть вечера эксплуатировала мощнейший инструмент коллективного бессознательного — городскую песню. Однако Марина Рябова вновь уводит действие от банальной ретроспективы. Это не концерт по заявкам, а сеанс светлой меланхолии.
Надежда Подуздикова здесь меняет регистр: ее голос обретает обертоны старого винила, шероховатость живой пленки. Каждая песня решается через микросюжет — это законченные новеллы о людях, которых мы забыли, но которые до сих пор формируют нашу аксиологию. Отсутствие возвышенного помоста сыграло театру на руку: просцениумом служила сама земля, а рампой — заходящее солнце. Искренность предлагаемых обстоятельств разрушила дистанцию между залом и сценой еще до того, как прозвучали первые аплодисменты.
Этюд третий. «Мелодии, ставшие судьбой»: эксцентрика как способ выживания Финал цикла обещал пресловутый «тихий час для замедления». Режиссерская воля перечеркнула эту идиллию красным карандашом. Основная труппа представила зарисовку, которая по уровню внутреннего темперамента больше напоминала выпускную работу курса эксцентрики, допущенную до большой сцены вопреки всем нормам приличия.
Центральным событием, взорвавшим тягучий воскресный воздух, стал выход Татьяны Киреенко с рассказом Тэффи «Демоническая женщина». Оценочное суждение критика здесь пасует перед чистой физиологией воздействия. Киреенко взяла этот текст не как литературную миниатюру, а как полноценный драматический монолог оперной дивы на грани нервного срыва. На закате дня со сцены повеяло таким опасным магнетизмом, что добрая половина женской части публики испытала профессиональный трепет: казалось, еще секунда, и харизма актрисы физически уведет их спутников за кулисы прямиком в Серебряный век. Новый рисунок роли, ранее не воплощавшийся госпожой Киреенко на академических подмостках, оказался сокрушительно точным попаданием в жанр трагического кабаре.
Служебная ремарка: педагогика открытых дверей
Важнейшая деталь анатомии этого вечера кроется во втором плане. Во всех трех постановках партнеры по сцене постоянно менялись: рядом с мастерами (Марина Рябова, Татьяна Киреенко, Надежда Подуздикова) выходили на сцену юные артисты из КИНОКОМПАНИИ FENIX CINEMA и Московского Кадетского Музыкального Корпуса № 1770.
Это блестящий пример непрерывной практики. Открытые городские площадки работают здесь как жестокий тренажер органики: артиста не страхуют ни сложная машинерия, ни идеальный акустический свод. Профессионалы буквально передают мастерство из рук в руки, проверяя собственные навыки на сопротивлении среды, а молодежь получает прививку большой сцены. Именно этот симбиоз поколений лишает спектакль привкуса любительщины, столь частого для летних муниципальных программ.
Post scriptum Театральная программа структурного подразделения Дома культуры «Нагатино» ГБУ г. Москвы ОКЦ ЮАО доказывает простую, но вечно оспариваемую истину: художественный вес высказывания не измеряется кубометром потраченного на декорации бруса. Когда артист остается наедине с текстом и порывистым ветром с Москвы-реки, обнажается сам скелет профессии. Нагатинская набережная минувшим воскресеньем дала нам урок подлинности, после которого возвращение в кондиционированные залы требует определенной зрительской перестройки.
Алевтина Чубрикова, фото автора.
Свежие комментарии